Тезисы докладов
Ю.Н. Звездина

Ю.Н. Звездина
Музеи Московского Кремля
Путь от Азова к Полтавской победе в истории образа «Богоматерь Ильинская Черниговская» 1696 года

Победы, одержанные войсками под предводительством царя Петра I, отмечались яркими торжественными празднествами, в память этих триумфов создавались многочисленные памятники. Мы предлагаем обратиться к произведению, входящему в особую линию прославления деяний царя-победителя. Это ряд панегирических произведений, создававшихся в церковной сфере. Авторами их были духовные лица, в том числе известные авторы конца XVII – начала XVIII в. Особое значение в ряду этих памятников имеет список чудотворного образа «Богоматерь Ильинская Черниговская», созданный в 1696 г. в память Азовской победы и поднесенный царю в Москве, по косвенным свидетельствам, в январе 1697 г., настоятелем черниговского Троице-Ильинского монастыря Лаврентием Крщоновичем. Очевидно, он был автором программы образа, включая и тексты, и сложную систему аллегорий.

Икона 1696 г. неоднократно привлекала внимание исследователей, в первую очередь как одна из наиболее загадочных, насыщенных сложными аллегорическими деталями. Написанный на холсте образ, привезенный в Москву, исчез. Остались лишь его списки (в ГМИР, ГТГ и Ризположенской церкви близ Донского монастыря). Лучше всего сохранился список первой четверти XVIII в. из собрания ГМИР, с точностью воспроизводящий все образы и тексты оригинала.

Замечательна история образа 1696 г.: поднесенный Петру, по распоряжению царя он был оставлен в Успенском соборе Московского Кремля. Так в главном храме России появился памятник, знаменующий триумф монарха-победителя, защитника православной веры, над врагами христианства. Этот смысл был отражен в многочисленных текстах на полях и в среднике, а также в символических изображениях: на нижнем поле иконы представлен царственный лев, разламывающий лапами исламский полумесяц, и квадр камня (соответствие значению имени: Петр – камень) с запечатленным на грани планом побежденной крепости Азов.

Наиболее загадочны аллегорические клейма на боковых полях иконы «Богоматерь Ильинская Черниговская». Здесь представлены символические изображения священных деревьев, упоминающихся в Библии – пальма, кедр, кипарис, маслина – в параллели с образом Богоматери. Все они сопровождаются строфами из Священного Писания. Казалось бы, их следует интерпретировать, как прославление Марии. Однако значение клейм, очевидно, более многогранно, деревья указывают еще и на добродетели и подвиги монарха, осеняемые свыше. Ключом к этому толкованию служит как первое клеймо, где Богоматерь увенчивает короной одно из священных деревьев, так и традиция прославительных гравюр киевской печати. Они украшают титульные листы многих духовных книг, вышедших в Киево-Печерской лавре во второй половине XVII–XVIII в. Во многих присутствует фигура монарха – добродетельного защитника государства и православия. Так, на гравюре из книги Иннокентия Гизеля «Мир с Богом человеку» 1669 г. в центре изображен царь Алексей Михайлович, поражающий змея копьем, из которого пышно произрастают пальмовые листья, символизирующие блага, нисходящие на государство (перечислены в надписях на листьях).

Отражение военных побед правителей в убранстве храмов Московского Кремля – традиция, известная со времен Средневековья. Думается, и образ 1696 г. можно рассматривать как продолжение этой традиции. Дальнейшие события показывают, что икона «Богоматерь Ильинская Черниговская» последовала по пути, отметившему движение от Азовского триумфа к Полтавской победе. Это произошло благодаря указаниям Петра I, состоявшимся позднее.

Через несколько лет царь распорядился перевезти образ из Москвы под Петербург, на Ульянку, и возвести там новую церковь, посвященную митрополиту Петру (не сохранилась). Безусловно, обращает на себя внимание совпадение имени венценосца и святителя. Дело, однако, не только в этом – церковь построили на том самом месте, где стоял тогда военный лагерь Петра I, и где было получено известие о победе над шведскими войсками «вероятно, близ мест. Добраго, Могилевской губ., в 1708 году кн. Голицыным. Император приказал служить в походной церкви молебствие… Это было 24 августа, в день перенесения мощей св. Петра митрополита» (Карпинский К. Сведения об иконе Божией Матери Троицко-Ильинской Черниговской, поднесенной, по взятии Азова в 1696 году, императору Петру Великому // Вера и жизнь. 1913. № 13. С. 46). В следующем году монарх, прославленный в аллегорических текстах и образах на иконе 1696 г., будет праздновать Полтавский триумф.

Тексты на иконе «Богоматерь Ильинская Черниговская» содержат уподобления, характерные для панегириков того времени и прослеживающиеся в разных видах искусства. Весьма показательно сравнение их с аллегорическими действами, разыгрывавшимися в начале XVIII в. в Москве в честь петровских побед («Страшное изображение второго пришествия Господня…» 1702 г. в честь победы при Эрестфере, «Торжество мира православного…» 1703 г.).

В 1709 г. в Чернигове была издана книга Иоанна Максимовича «Царский путь Креста Господня», перевод назидательного сочинения, насыщенного множеством аллегорий, принадлежащего перу бенедиктинского монаха Бенедикта Хефтена. В данном случае примечательно не само сочинение, но предисловие черниговского пастыря. Оно содержит панегирик царю Петру, только что разгромившему шведов под Полтавой. Прославляя победу Петра над «несытым львом» шведским, Иоанн Максимович отмечает шествие российского монарха-победителя «царским путем», указывая на крест царя Константина – уподобление, общее для панегириков петровского времени (Иоанн Максимович. Царский путь Креста Господня. Чернигов, 1709. Л. 7 об.–8).

Так черниговские духовные авторы отметили путь славных побед Петра, начало которым положил Азов, аллегорически отразившийся в иконе «Богоматерь Ильинская Черниговская» 1696 г., а кульминация состоялась в Полтаве, в 1709 г., – это и стало главной темой предисловия книги «Царский путь Креста Господня».