Тезисы докладов
М.А. Сарычева

М.А. Сарычева
Музеи Московского Кремля
Образная структура конклюзии на победу под Полтавой Феофила Кролика и Василия Гоголева из собрания Библиотеки Российской академии наук

Предметом данного исследования является уникальная гравюра из собрания Библиотеки Российской академии наук, которая является таким же ярким воплощением «панегирического» жанра в художественной культуре начала XVIII в., как триумфальные врата, фейерверки и праздничные поезды, где в сложной зашифрованной форме предстают победы и достижения во всех областях жизни петровской эпохи. Конклюзия в России имела идеологическое значение и была изобразительным эквивалентом панегирического текста.

Необходимо отметить, что основным исследованием, посвященным собранию гравированных конклюзий этого времени, является статья М.А. Алексеевой (Алексеева М.А. Жанр конклюзии в русском искусстве конца XVII – начала XVIII в. // Русское искусство барокко. Материалы и исслед. / Под ред. М.А. Алексеевой. М., 1977. С. 7–30), где уделяется большое внимание истории возникновения термина, развитию данного жанра и атрибуционным моментам. Вместе с тем, в ней практически не рассматриваются идеологические предпосылки в изменении композиций, семантическое значение элементов и образная структура.

Конклюзия-программа Феофила Кролика и Василия Гоголева, посвященная победе под Полтавой, имеет сложную композицию, представляющую это событие во вселенском масштабе. Перед нами образ мира, разделенный на разные по степени сакральности зоны, куда включены портрет Петра Великого и его наследника Алексея Петровича. В облачных высях, на море и на суше одновременно присутствуют Посейдон, Марс, Минерва, апостолы Андрей и Петр, ветхозаветный Самсон, персонификации добродетелей и многое другое. Фигуры и группы элементов расположены несколько хаотично и разбиты на несколько смысловых узлов. Везде доминируют барочное ликующее напряжение и торжественное величие. Ни портрет Петра Великого, ни его наследника, ни символ самодержавия не занимают главенствующего положения. Таким образом, подчеркивается, что конклюзия посвящена собственно событию, предопределенному расстановкой высших сил и не зависящему от человека. Победа трактуется как торжество высшей справедливости – это и объясняет такое большое количество персонажей. Сочинитель программы не упускает ни малейшей возможности, чтобы продемонстрировать весь сонм вышних сил и богов, способствовавших свершению идеальной «виктории». Все эти герои ликуют и отмечают торжество.

Боги античного пантеона, ветхозаветные и евангельские персонажи, символы и эмблемы составляют весьма запутанную образную структуру гравюры. Действие здесь представляется плавно перетекающим с земли на небо, так что грань между ними практически исчезает. Однако при этом довольно четко выстроена их иерархия в соответствии с «вертикалью» аллегорических образов, от морских тритонов у основания композиции к Всевидящему Оку в самом верху. Самые высокие позиции горнего мира занимают святые христианского пантеона, а на облаках, среди ангелов, апостолов и других небожителей, представлены портреты русского царя и его сына. При этом Петр расположен выше царевича Алексея, а между ними – символ самодержавной власти, двуглавый орел. Но есть и небольшие исключения, например, Нептун присутствует в композиции дважды. Один раз он начальствует над морскими божествами, а другой – восседает на облаках, возле портрета Алексея Петровича.

В коллекции музеев Московского Кремля хранится еще одна конклюзия, посвященная победе под Полтавой (инв. № Ф–1784), композиция которой, если ее сравнивать с гравюрой из БАН, проста, лаконична и имеет только один смысловой пласт. Конклюзия Феофила Кролика и Василия Гоголева, гравированная И.Ф. Зубовым и М.Д. Карновским, несомненно, является интереснейшим и единственным в своем роде памятником культуры, политики и идеологической пропаганды петровского времени, позволяя нам представить широту и разнообразие аллегорического языка, поставленного на службу государства в эпоху барокко.