Тезисы докладов
К.А. Кочегаров

Полтавская битва и ее международное значение.
Тезисы докладов юбилейной международной научной конференции.
17–19 ноября 2009 года

К.А. Кочегаров
Институт славяноведения Российской академии наук
К вопросу о судьбе мазепинцев, перешедших на сторону России в канун Полтавской победы (на примере канцеляриста Якова Гречаного)

Полтавская битва окончательно поставила крест на политических планах бывшего запорожского гетмана И.С. Мазепы. Понимая это, многие из еще остававшихся с ним соратников из числа малороссийской старшины бежали в день сражения в расположение украинских казачьих войск И.И. Скоропадского. Все бежавшие приводили различные доводы того, что оказались в лагере И.С. Мазепы не по своей воле, однако 8 августа 1709 г. бывшим мазепинцам объявили о замене смертной казни ссылкой в Сибирь и Архангельск. Предписанное царским указом отправление пленников в Москву задержалось до апреля 1711 г. из-за начавшегося на Украине «морового поветрия».

Дальнейшие судьбы перешедших на русскую сторону в день Полтавы представителей казацкой старшины и до сего момента остаются малоизвестными. Еще со времен Н.И. Костомарова мало кто из исследователей сомневался, что все они сочувствовали делу гетмана И.С. Мазепы. Однако в отношении одного из них – писаря гетманской канцелярии Якова Гречаного – это мнение ошибочно.

В марте 1708 г., когда В. Кочубей и И. Искра поехали с доносом на И. Мазепу в главную квартиру царя Петра I, гетман распорядился арестовать Я. Гречаного и его свояка Ивана Черныша (женатого на сестре Якова, Елене), соучастника антимазепинских интриг. Оба были допрошены о том, «ведают ли они про генералного судью Кочюбея, для чего он поехал к великому государю». Вскоре Я. Гречаного освободили из-под стражи и отправили на жительство в его имение Рымаровку, под своеобразный домашний арест. Стоит отметить, что после смерти Стефана Гречаного, отца Якова, И.С. Мазепа отобрал у его сына Федора, брата Якова, пожалованное ранее село Оксютинцы. Поэтому возможно, что Я. Гречаного и И. Черныша, претендовавшего на стародубское полковничество, но не получившего его от Мазепы, связывали в деле Кочубея и Искры не только родственные отношения.

Находясь в Рымаровке, Я. Гречаный узнал об измене И.С. Мазепы, а заодно «уведомился» и о том, что его свояк Иван Черныш находится в Киеве. Туда выехал и Я. Гречаный, однако в Лохвице он был арестован шведами по распоряжению генерального есаула Михаила Гамалеи. На допросе 4 октября 1709 г. Я. Гречаный уверял, что этот факт могут подтвердить не только лохвицкий протопоп Федор, но «и попы, и все лохвицкие мещане». Я. Гречаный был доставлен в ставку И.С. Мазепы, где пробыл под караулом до самой Полтавской битвы.

В ходе сыска по делу Якова Гречаного был допрошен лохвицкий протопоп Федор Лисовский и два попа, подтвердившие факт ареста бывшего канцеляриста. Кроме этого протопоп Федор сообщил, что его теща, приглашенная в дом М. Гамалеи на обед, была свидетельницей перепалки между генеральным есаулом и находившимся там же Я. Гречаным. По ее словам «говорил Гамалей, Мазепа де сетует, что не повесил или не четвертовал Черныша, и Яков Гречаной против того отозвался Гамалею: разве оного Черныша повесить зато, что он при государе верно служит, и Гамалей сказал, что не толко Чернышу, и все, которые будут при государе держатца, караны будут, и стал он Гамалей пить про здоровье короля швецкого <…>, а Гречаный молвил, не замай, король швецкий пропадет и загинет, а он будет пить за своего государя, за которым господствуют, и маетности, и всякое доволство имеют». В ноябре 1709 г. М. Гамалея, допрошенный гетманом И.И. Скоропадским по распоряжению российских властей, подтвердил все обстоятельства ареста Гречаного.

На полях напротив выписки из разыскного дела Я. Гречаного стоит помета «оставлен в Киеве». Однако этому и другим документам протворечит письмо Г.И. Головкина И.И. Скоропадскому (январь 1711 г.), в котором констатировалось, что Гречаный в Сибири. О том, что Г.И. Головкин заблуждался касательно места нахождения Я. Гречаного, свидетельствует ответ Скоропадского, направленный Головкину в ответ на его требование прислать жену Гречаного в Москву вместе с членами семей и близкими родственниками других мазепинцев для отправки по месту ссылки осужденных. Украинский гетман писал: «Гречаного зась жены на Сибирь посилати не к кому, понеже и сам Гречаный ныне не в Сибири, але в Киеве» у Д. М. Голицына, о котором тот «розисковал, а узнавши его невинность уволнил».

Дело Я. Гречаного свидетельствует, что политика русского правительства даже после Полтавы в отношении украинского казачества не являлась столь всеобъемлюще репрессивной, как это иногда представляется в некоторых работах современных украинских исследователей. Те представители старшины, которые хотели доказать свою невиновность, могли надеяться на расследование своего дела, что уже само по себе было немаловажно в то время.

Кроме того, материалы дела Я. Гречаного обогащают наши знания об оппозиционных настроениях в отношении И. Мазепы со стороны украинской старшины, которая в своих интригах против гетмана активно искала поддержки царя. Это стало одной из причин того, что часть нарождающегося малороссийского дворянства не поддержала переход И.С. Мазепы на сторону шведов, сохранив верность Петру I.