Тезисы докладов
Ю.И. Быкова

Ю.И. Быкова
Музеи Московского Кремля
Образ «змееборца» в иконографии Петра I

Проблема иконографии Петра I занимает особое место в отечественном искусствознании. Неординарная и многогранная личность первого российского императора позволила создать многим художникам обширный иконографический ряд его портретных изображений. Среди различных образов, в которых предстает Петр I, существует и традиционный для каждого правителя образ воина. Однако и здесь, благодаря яркой личности Петра I, можно наблюдать иконографическое разнообразие. Например, четко выделяется образ полководца и флотоводца. Оба этих амплуа, в которых выступает царь, можно отнести к общеевропейской традиции.

Наряду с этим, в иконографии Петра встречается более традиционная для российской культуры форма представления государя как защитника, так называемый образ «змееборца», или «драконоборца». Проблеме изображения всадника на русском гербе было посвящено немало исследований, начиная с середины XIX в. Большинство исследователей сходится во мнении, что всадник-ездец символизирует великого князя – царя. Одно из первых изображений всадника, поражающего копьем дракона, известно по печати Ивана III 1497 г. По мнению Г.В. Вилинбахова, со времен князя Василия Дмитриевича (печати 1390 и 1401–1402 гг.) «изображение светского всадника… приобретает наследственный характер и может быть принято как геральдическая фигура» (Вилинбахов Г.В. Всадник русского герба // Труды Гос. Эрмитажа. Л., 1981. Вып. 21. С. 117). Стоит также отметить, что образ всадника на русских печатях раннего времени продолжает западноевропейскую сфрагистическую традицию, где изображение ездеца имело широкое распространение.

Для нашего исследования, однако, особый интерес представляет изображение «змееборца», вышедшее за рамки российского герба. Подобные примеры можно найти в украинских книгах кирилловской печати XVII в. Чаще всего это геральдико-поэтические композиции, которые помещаются на обороте титула листа или фронтисписе книги и содержат ксилографическое изображение герба, а также вирши, прославляющие носителя этого герба и восхваляющие достоинства одного или нескольких представителей данного рода. Подобные геральдические композиции имели глубокую традицию и часто использовались в изданиях частных типографий Речи Посполитой и других стран Западной Европы для прославления меценатов и заказчиков. В России же книгоиздание осуществлялось централизованно и имело практически одного заказчика – Великого государя.

В этих композициях, имеющих панегирический характер, для того чтобы подчеркнуть воинскую доблесть как одну из добродетелей государя, образ всадника, поражающего змия, дублируется, выносится из герба и комментируется надписью.

Подобные прославления, сопровождающие изображения русских царей как «змееборцев», мы встречаем в изданиях Киево-Печерской лавры. Например, в книге Лазаря Барановича «Трубы словес проповедных на нарочитыя дни праздников…» (1674), изображение воина на коне и в короне, поражающего крылатого змея, прокомментировано надписью: «Таково всяко добре воин». Продолжается эта традиция и при Федоре Алексеевиче (например, «Минея общая с праздничной…», 1680).

Этот образ используется и в нескольких произведениях, связанных с воинскими победами царя Петра Алексеевича. Одна из самых ранних работ – известная гравюра Л. Тарасевича «Богоматерь Азовская» из «Патерика Печерского» 1702 г. Гравюра посвящена Азовским походам Петра I и взятию Азова и Кизикермена. С левой стороны от зрителя – изображение Георгия Победоносеца, пронзающего копьем крылатого змея. Рядом со змеем находится лев, а верху надпись: «Попереши льва и змия». Смысл аллегории объясняют вирши, сопровождающие гравюру:

Видя, яко над змием победу преславну
Даде Бог, молят, да даст так и над львом равну.
Яко сотрен Змий, и лев сице пораженный.

Из этих слов становится понятным, что после победы над южным врагом – Турцией (змий), должна последовать победа над северным врагом – Швецией (лев). Справа в композиции располагается группа воинов, возглавляемая царем, в сопровождении юного наследника (обоих венчают царские венцы). Тема царевича Алексея Петровича, который вместе с отцом участвовал в Азовских походах, поддерживается и изображением двух святых: апостола Петра и святого Алексея.

В дальнейшем эта гравюра служила образцом при создании иконописных произведений в XVIII – первой половине XIX в. Деталь этой гравюры – «Георгий Победоносец, поражающий змия» – заимствовал М.Д. Карновский, создавая фронтиспис книги «Политиколепная апофеозис…» (1709). Эта книга является программой «больших» триумфальных врат, возведенных от Славяно-греко-латинской академии в честь празднования Полтавской победы в Москве в 1709 г. Однако помимо змея, которого поражает всадник, на гравюре Карновского изображен двухглавый орел, молнией поражающего льва. Таким образом, военная программа, заложенная в гравюре 1702 г., была выполнена – благодаря победе под Полтавой, лев сражен.

В 1709 г. в Киеве префект Киево-Могилянской академии Феофан Прокопович произнес свою знаменитую панегирическую проповедь, посвященную Полтавской виктории, и преподнес Петру I гравюру Даниила Галяховского. В центре гравюры – Петр I на коне, попирающий льва. Шведские воины, в знак признания себя побежденными, протягивают царю шпаги. В углах гравюры в овальных медальонах изображены библейские герои, прославившиеся в единоборстве со львами: Самсон, Давид, Ванеас и Даниил. В ГИМ хранится живописное полотно, композиция которого полностью повторяет гравюру украинского мастера. Эта гравюра послужила также прототипом скульптурной композиции из слоновой кости «Петр I в Полтавской баталии» (1720-е гг., ГЭ; 1780-е гг., ГИМ).

Таким образом, древняя традиция всадника-змееборца продолжается и в панегирических произведениях петровского времени, соседствуя с новыми светскими образами. Данная традиция почти полностью связана с украинской культурой. Образ «змееборца» проходит эволюцию от символического обозначения всадника-правителя, через схематическое изображение правящего государя, до портретного изображения Петра I. Со времени превращения России в империю эта традиция умирает, перестав востребоваться культурой Нового времени.