Тезисы докладов
В.А. Артамонов

В.А. Артамонов
Институт российской истории Российской академии наук
Стратегия и тактика Карла XII и Петра I в 1700–1709 годы. К 300-летию Полтавской битвы

Карл XII в Северной войне отстаивал и расширял господство Швеции на Балтике и в Восточной Европе. Петр I хотел через шведский барьер пробить "окно в Европу", чтобы вырвать Россию из тисков обветшавшего прошлого. Оба самодержца считали, что сражаются за правое дело.

При ограниченности ресурсов великодержавие Швеции строилось на образцовой и лучшей в Европе армии и флоте. Петр I в конфликт с северным соседом вступил практически без регулярной армии и без военной экономики, которую пришлось развертывать в ходе войны. В отличие от Карла XII, гениальный реформатор занимался не только вооруженными силами, но и внешней политикой, хозяйством тыла и государственным строительством. Он определял действия вооруженных сил с учетом всех факторов на пространстве от Балтики до Черноморья, а позже - до Средней Азии и Тихого океана.

В 1700 г. нападение Дании, Саксонии и России на Гольштейн, Ригу и Нарву потерпело крах. Жестокий урок под Нарвой заставил Петра стать осторожнее и не ввязываться в крупные сражения, чтобы достигать цели, избегая лишних потерь.

В 1701-1707 гг. Карл XII, считая основным противником не Россию, а польского короля Августа II, перенес войну в Польшу. Тактика короля опиралась на сплоченность, маневренность, отвагу и выучку солдат, внезапность нападений и, главным образом, на беспощадные атаки холодным оружием (gå-på-metod). С военными помехами Карл XII не считался и не признавал ретирад. Он избегал тратить силы на осады крепостей, сопряженные с риском больших потерь. Неоправданным был отказ Карла XII от регулярного применения артиллерии. Победы над саксонцами и поляками на Западной Двине, при Клишове, Пултуске, Фрауштадте убедили шведское командование в универсальности атак победным духом.

В Речи Посполитой единого политического центра не было. Быстрые перемещения шведов ради уничтожения вооруженных сил врага не давали результата в борьбе с партизанскими отрядами польской оппозиции, которая шесть лет не складывала оружия.

В то же время, русская тактика набегов на шведскую Прибалтику и захват крепостей были успешными. Армия Петра накапливала необходимый военный опыт. Петр-полководец был предусмотрителен и не стыдился отступлений, подрубавших престиж страны. Царь уважал искусного и храброго соперника и не вводил в бой всех резервов без уверенности в победе. Маневренность русской армии была ниже, чем у шведской, из-за слабой грамотности солдат и офицеров, и поднять ее не удавалось еще долго и после Петра I.

В 1706 г. Карл XII сменил стратегию. Помня о том, что десант под Копенгаген в 1700 г. мгновенно вывел из войны Данию, он, невзирая на риск политических осложнений, вторгся в "Священную Римскую империю". Оккупация без боя Саксонии тут же снесла польскую корону с головы Августа II и превратила Речь Посполитую в шведского вассала. Слава Швеции поднялась к зениту. "Саксонский успех" укрепил Карла в мысли воевать по примеру всемирно известных полководцев. Для расправы с последним противником он решил нанести удар в сердце России. Король полагал, что захват Москвы приведет к низвержению Петра I, развалу царства и автоматическому возврату Прибалтики под власть короля.

Но это было ошибочное стратегическое решение. Шведы знали о громадной протяженности коммуникаций на востоке, о низкой плотности населения и трудностях со снабжением. С ограниченными запасами парализовать русскую армию и истощить силы России было невозможно. К тому же, с 1707 г. весь запад России переводился на военное положение, а Москву основательно подготовили к осаде. Особо чувствительными местами для Петра I оставались только Азов и Петербург.

При господстве шведского флота на Балтике и быстром подвозе припасов с моря, выгоднее было бы из Курляндиии и Риги идти через Лифляндию и Ингрию на Петербург, тем более, что из Финляндии против этого города и Пскова был запланирован удар четырнадцатитысячного корпуса генерал-майора Г. Любекера. Войска Ф.М. Апраксина от Невы можно было бы оттянуть ложными выпадами в сторону Москвы или Киева.

Тем не менее, тридцатипятитысячная армия, обладавшая громадным "силовым полем", в конце августа 1707 г. двинулась к Москве. Вслед за ней отправился тринадцатитысячный корпус генерала А.Л. Левенгаупта с обозом из семи-восьми тысяч фур. Карл XII, будучи истовым державником "Великой Швеции", опрометчиво проигнорировал рост боеспособности русской армии и военного потенциала России после реформ.

Штабу Петра I нелегко было определить главное операционное направление Карла XII. Шведской "сокрушающей стратегии и тактике" Петр I противопоставил малую войну, уничтожение провианта и фуража, контрудары по отдельным частям, бои из-за земляных и водных преград, численное превосходство и мощь огневых средств. Все это лишило шведов свободы действий. Последнего мастерского успеха Карл XII добился при Головчине (From P. Katastrofen vid Poltava. Karl XII:s ryska fälttåg 1707–1709. Lund, 2007. S. 141–164). Отступление русских в 1708 г. проходило организованнее, чем в 1812 и 1941 г. Управление войсками ни разу не терялось, ни одна часть не попадала в окружение. Петр I не допустил противника до государственных границ и свернул его на Гетманщину. Разгром корпуса Левенгаупта при Лесной показал, что солдаты царя успешно научились отражать яростные атаки (Konovaltjuk P., Lyth E. Vägen till Poltava. Slaget vid Lesnaja 1708. Borgå, 2009. S. 227, 243–245).

Стратегическое сосредоточение всех сил России у Полтавы в 1709 г. шло вместе с ростом русской решительности, с перенапряжением и истощением шведских сил. Карл не сделал выводов из поражения при Лесной, и шаблонность его ударной тактики стала одной из причин поражения при Полтаве. После ранения короля 16 июня 1709 г. шведская армия несколько дней оставалась в параличе и допустила переход русскими реки Ворсклы. Петр планировал не лобовой удар и ликвидацию всей армии противника на поле боя, но выманивание его на штурм полевых укреплений. Все детали оборонительного и наступательного боя были предусмотрены. Двадцать седьмого июня мощный огонь русской артиллерии вызвал панику и бегство шведов (с включением 160 переносных шестифунтовых мортирок общее количество орудий ныне определено как 282. См.: Кротов П.А. Битва при Полтаве. К 300-летней годовщине. СПб., 2009. С. 178). Окончательная катастрофа армии короля произошла 30 июня в Переволочне.

Полтавская битва не окончила войну, но привела к бескровному освобождению Польши и возрождению стратегии наступления в Померании, Гольштейне, Висмаре. Датчан, саксонцев и поляков шведы, как и прежде, не опасались, но на сложном финском театре военных действий, где, кроме боев при реке Пялькине и деревне Лаппола, можно было продолжать достойный отпор, они уклонялись от боев с русскими. Финляндия была легко завоевана в 1713–1714 гг. Промахом датчан было вторжение в Сконе (поражение в 1710 г. под Хельсингборгом). Петр же резонно отказался участвовать в высадке на юге Швеции в 1716 г. Только в 1719–1720 гг. атаки русских десантов ускорили заключение мира со Швецией.

"Стратегия отложенной" победы Петра I оказалась совершеннее шведской «стратегии сокрушения», и Россия пробила не окно, но широкие ворота в Европу.